Наверно, ни одно суеверие не распространено в сельских районах Англии так широко, как обычай «информировать пчел». Однажды иллюстрированная лондонская газета «Дейли Миррор» отправила фотографа запечатлеть сельскую свадьбу. Самая интересная и со временем популярная работа этого фотографа — невеста в свадебном платье, склонившайся к улью и шепчущая: «Малютки-брауни, я вышла замуж». Фотографу объяснили, что этот ритуал обязателен: если член семьи вступает в брак и не проинформирует пчел, они улетят и не вернутся.

Чтобы известить пчел о смерти хозяина, применялись (и поныне практикуются в отдаленных уголках страны) более сложные ритуалы. Как только умирающий закрывает глаза, кто-нибудь из домашних идет к ульям и трижды говорит: «Малютки-брауни, ваш хозяин/хозяйка умерла». Улей на мгновение затихает, и если снова начинается гул, значит они согласны остаться у нового хозяина. Затем на каждый улей вешают кусок крепа; а потом к ульям подносят кусок поминального пирога, чтобы пчелы попробовали его.

Во многих селах пчел еще и приглашают на похороны: как и всем остальным родственникам, им пишут приглашение и прикалывают его к улью.

Как-то, заметив в саду пустые ульи, журналисты осведомились их предназначении. «Увы, они больше не нужны. Пчелы улетели и уже никогда не вернутся. Их не известили о смерти хозяина».

Аналогичное суеверие бытовало и в Девоншире. В протоколах Девонширской Ассоциации записан такой диалог: «Все тринадцать семей погибли, какое несчастье!» — «Что случилось, г-жа Э.? Кто погиб?» — «По правде говоря, пчелы, сэр. Когда я похоронила мужа, я забыла дать им кусочек траурного крепа. И все пчелы умерли, хотя в ульях полно меду. Что за несчастье быть такой забывчивой!»

Рассказ о смерти, последовавшей за роением пчел на неживом дереве, опубликован корреспондентом «Notes and Queries»: «Недавно после родов умерла жена уважаемого селянина. Нанеся вдовцу визит, я обнаружил, что он, сожалея о несчастье, оставившем нескольких детей без матери, смиренно говорил о смерти жены как о неизбежном и предначертанном событии. Оказалось, что семья была «предупреждена» о предстоящем событии: выйдя в сад за две недели перед кончиной, покойная увидела, что пчелиный рой сел на деревянный столб».

Существует еще одно старинное деревенское суеверие, будто пчел нельзя продавать. Другое дело — выменять. Если человек хочет получить улей с пчелами, он должен принести взамен поросенка или что-нибудь другое. Мы вряд ли сможем понять, чем обмен отличается от продажи, но суеверные люди до сих пор считают, что это «абсолютно разные вещи». А в Уэльсе и сегодня верят, что удачным может быть только подаренный улей.

В Гемпшире еще несколько лет назад говорили, что пчелы ленятся работать, если приближается война. Неужели дефицит меда, возникший перед Второй Мировой войной, оказался простым совпадением?

Семейство 0'Хирлик, живущее в Ирландии, владеет медной вещицей, напоминающей шлем, которую почитают местные крестьяне. Считается, что умирающий, выпив воды из этого шлема, попадает прямо в рай. Согласно легенде, 800 лет назад один ирландский вождь, имевший слишком мало воинов, решил воевать с другим кланом и попросил Св. Гавриила помочь ему в правом деле. На бранном поле стоял пчелиный улей, и Св. Гавриил исполнил просьбу вождя, превратив пчел в копьеносцев, которые напали на врагов и обратили их в бегство. После боя вождь посетил это место и нашел на месте улья медный шлем.

Пчелиные суеверия бытуют не только в Британии. Во Франции, Германии и в Литве пчелы окружены почти такими же легендами.

Каков источник суеверий, связанных с пчелами? В древности англичане называли пчел «божьими птицами» и верили, что они связаны со Святым Духом. Поэтому пчелы считались друзьями и защитниками дома. Немцы их называли «марсовыми птицами». Греки посвящали пчел луне. Платон считал, что души рассудительных и добропорядочных людей, не склонных к философии, воплощаются в пчел. В Индии убеждены, что жизнь великанов связана с пчелами. А Магомет допустил пчел в рай, наравне с душами праведников.

Вот странная история, рассказанная Х. Миллером в книге «My School and Schoolmasters». Два молодых человека в жаркий день лежали на мшистом берегу ручья. Один из них, разомлев на солнце, уснул. Вдруг его приятель увидел, как изо рта спящего выползла пчела, упала на землю, переползла по высохшим стеблям травы через ручей и исчезла в расщелине стены руин замка. Он принялся будить товарища, и тот проснулся через пару секунд после того, как пчела, поспешно вернувшись назад, снова спряталась у него во рту. Спящий рассердился, что его разбудили: «Мне снилось, что я гулял по прекрасной стране, пришел на берег величественной реки и по серебряному мосту перешел в роскошный замок на другом берегу. Я собирал золото и драгоценные камни. А ты разбудил меня». Миллер добавляет: «Я почти не сомневался, что он и пчела видели одно и то же. Ведь души, как известно, часто принимают форму пчел».

Похожие истории рассказывают и в других местах. Герой одной из них в подобной ситуации перетащил спящего товарища в другое место и лег на его место. Вернувшаяся пчела, испуганно мечась по комнате, «разглядывала» лицо спящего, но так и не узнала его. Когда шутник принялся будить спящего товарища, тот оказался мертв.

Вера в то, что пчелы это души умерших людей, несомненно, является источником суеверия об «информировании пчел»: ведь души умерших прямо связаны с Богом.

В России пчельное дело в селениях почитается самым таинственным и не всем доступным занятием. Люди зажиточные, хозяйственные, имеющие до ста и более ульев, всегда, по народной молве, состоят в дружественной связи с нечистою силою. Мнения поселян о пчелином деле столь разнообразны, что одни избирают для него покровителями Святых угодников, другие обрекают водяному дедушке. Пчельники, приверженцы последнего мнения, называются в селениях ведунами, дедами, знахарями...

Ведуны думают, что пчелы раньше жили в болотах, под рукою водяного дедушки. Матку — перворода пчел — выкупил злой чародей за 30 знахарских голов и передал в улей одного ведуна по повелению нечистой силы. Из ненависти к людям он научил матку жалить людей, а она обучила своему ремеслу всех пчел.

Когда пчельник-ведун обустраивает пасеку, то для хозяйственного благоденствия и медового обилия дарит водяному дедушке самый лучший улей... Если предназначенный улей останется на пасеке, то дед будет охранять только свое имущество; если употопят в болоте, то водяной не только поспособствует размножению пчел, но и научит их летать на чужую пасеку, чтобы похищать мед.

Знахари верят, что пчелы отроились от лошади, заезженной водяным дедушкою и брошенной в болото. Когда рыболовы опустили в болото невод, то вместо рыбы вытащили улей с пчелами, из которого пчелы распространились по всему миру. А жалиться они стали после того, как один из этих рыболовов украл матку и стал страдать от странных болей. Тогда преступник покаялся и знахари предложили ему съесть матку. За это открытие водяной дедушка передал навсегда пчел в руки знахарей.

Для размножения пчел знахари советуют: когда ударят к утрени на Великодень, быть на колокольне и после первого удара отломить кусок меди от колокола. Принести его на пасеку и положить в сердовой улей. А потом сварить зелье из дурмана с тысячелистником, обрызгать плетень, деревья, строения, чтобы истребить соседних пчел и отучить своих летать на чужое подворье.

Повсеместно считается, что «пчелы не любят дурных людей». В деревнях и сегодня бытует множество заговоров на разведение пчел (на посадку роя в улей, на взятие меда, на роение, на возвращение улетевшего роя и т. д.).

И в заключение, еще одно «международное» суеверие: «Если к спящему ребенку подлетает пчела, ему суждено жить счастливо».

Справка. Пчелиные суеверия