Авторитет корпорации «Агро-Союз» в кругах агропромышленников очень высок. И, если рассматривать историю создания компаний и практику ее действий на рынке, становится понятно, что самое сильное звено компании – стратегический менеджмент. «Агро-Союз» безошибочно входит в сегменты, где его встречает наименьшая конкуренция и где ожидается наибольшая прибыль. Нередко корпорации даже не приходится строить самостоятельное производство – достаточно строить сервисы и вспомогательные структуры для других производственников, чтобы в итоге получать прибыль, сопоставимую с той, которую дает производство. Поэтому интерес журнала «Зерно» к «Агро-Союзу» подкреплен интересом читательской аудитории, и вопросы, которые эксперт «Зерна» адресовал директору по стратегическому планированию корпорации «Агро-Союз» Евгению Петровичу Кулику, лежат именно в плоскости стратегии компании.

Интервью с Евгением Куликом, директором по стратегическому планированию корпорации «Агро-Союз»

– «Агро-Союз», нужно полагать, возник не как супер-компания с первых дней и не располагал таким набором направлений, как сегодня, в момент начала деятельности?

– Я пришел в компанию в 1993 году. Когда мы начинали работать на рынке Украины, основным направлением была дистрибуция и продажа запчастей для сельхозтехники. Со временем, начав производство собственного оборудования, мы пришли к пониманию бизнеса наших клиентов, т.е. сельскохозяйственных предприятий.

Сам я по образованию металлург, да и многие мои коллеги не имели ранее отношения к сельскому хозяйству – физики, химики, математики. Следовательно, мы смотрели на эту отрасль под своим углом, но не под таким, под каким смотрят выпускники сельхозвузов или чиновники из министерства. Мы не были ограничены устоявшимися в нашем сельском хозяйстве понятиями и правилами.

Помню, когда мы решились взять подсобное хозяйство «Южмаша», чтобы начать производить сельхозпродукцию самостоятельно, многие острили: дескать сельское хозяйство – самый надежный способ угробить инвестиции. Мы говорим о том, что это не так – здесь возможна высокая рентабельность, до 100%.

– Такое мнение бытует и до сих пор. Многие боятся даже кредитовать, – непонимание технологий и незнание специфики управления в отрасли останавливают возможных инвесторов. Тем не менее, отслеживая ситуацию на мировых рынках, инвесторы постоянно «пробуют» украинское сельское хозяйство, чтобы не пропустить момент, когда инвестировать будет выгодно. Вообще говоря, это парадокс: на Украине, богатой черноземами и дешевой рабочей силой, да еще и получающей (получавшей) топливо по ценам ниже мировых, себестоимость продукции оказывается выше, чем в Канаде, США, Аргентине и т.д.

А когда я вижу в супермаркетах «МЕТРО» или «Сильпо» импортные яблоки, перец, помидоры, огурцы, я понимаю, что и парламент, и наше правительство, и совет по национальной безопасности занимаются не тем. При этом ведь есть успешные примеры прибыльных внедрений западного технологического подхода и в пищепереработке, и в агросекторе: «Чумак», «Торчин», «Сандора», «President», «Наша ряба».

– Это верно. Но есть другие факторы, которые сдерживают внедрение новых технологий в агросекторе, кроме бизнес-планирования, внедрения новых технологий, сортов и вообще системного подхода в сельском хозяйстве. Кредиты для американского фермера и для нашего кардинально отличаются по ставкам (то есть по цене) и условиям. Далее – влияние погодных и природных рисков на размеры урожая, которые страхуются американскими фермерами. У нас пока рынка агрострахования вообще нет.

Наконец, диверсификация бизнеса в целом – уход от монопродуктового производства. Растениеводство должно сочетаться с молочным и мясным производством. Сейчас говорят о развитии масличных культур – рапса, дающего масло, альтернативу дизтопливу. Прибыльно и такое «экзотическое» направление как страусоводство, которое мы усиленно развиваем.

– Экзотика бесспорна. Но, нарастив серьезный обьем, вы неминуемо упретесь в проблему сбыта. Если рынок Украины оказывается «мелким», приходится пробивать сбыт на внешние рынки – это отдельный бизнес, часто высокозатратный.

– Да мы его и развиваем с ориентацией на сбыт мяса, кожи и перьев на внешние рынки. В первую очередь – стран Юго%Восточной Азии, где уровень потребления страусятины высок. Аналогично тому, как наше сельхозоборудование для технологии «no-till» продается в основном за рубеж – Россия, Казахстан, Восточная Европа и Африка. В Украине же медленно растет число хозяйств, которые хотят внедрять у себя эту технологию.

Планирование на 12 лет

– А как же традиционные культуры? Есть ли перспектива у тех, кто занимается ими?

Мы не рассматриваем их в отдельности. Мы смотрим на эффективность вложения денег в гектар, сделанных через «продуктовых посредников» – зерно, молоко, мясо и т.д. В нашей единой экономической модели они друг друга компенсируют и дополняют.

– Как в торговых центрах, где владельцы применяют разные арендные ставки для разных видов арендаторов? Для тех, кто привлекает основной поток клиентовв центр – они существенно ниже?

-Мы не смотрим экономику одного гектара за сезон, а смотрим в структуре всего севооборота. Севооборот – это период в 10-12 лет. При таком подходе видна необходимость присутствия определенных культур, которые малорентабельны, но без которых нельзя иметь завершенный воспроизводимый цикл. Соответственно все циклы планирования (включая бюджетное) у нас привязаны к этому сроку – 10-12 лет.

– А какова тенденция в природе конкуренции на рынке сельхозпродуктов? Внутренний производитель конкурирует с внешним или между собой? И что даст нам вступление в ВТО?

– Вы сами знаете ответ на этот вопрос. Однозначно, масса хозяйств «ляжет». Даже сегодня продукция многих хозяйств неконкурентоспособна по отношению к импорту.

Необходимо как можно быстрее перестраивать всю систему – прежде всего, менталитет и управление, внедрять новые технологии и культуры. Иначе последует социальный и экономический коллапс.

Возьмем пшеницу. Есть масса хозяйств на Украине, вынужденно продающих ее ниже себестоимости. При этом отрыв по себестоимости от пшеницы из Канады или США нередко критический, в несколько раз. Если рынок Украиныбудет открыт, то останутся только те хозяйства, которые имеют низкую себестоимость производства зерна.

Впрочем, пшеница сегодня в этих странах выходит из оборота. В Южной Америке больше выращивают бобовые, в Северной – переходят на рапс, как источник биотоплива. Соответственно для нас освобождается ниша.

Производить же пшеницу с себестоимостью североамериканской, как показывают расчеты, можно у нас и сегодня. Для этого нужно изменить полностью технологии, по которым мы работаем. Мир изменился кардинально, растет стоимость энергоносителей, изменяются технологии, а мы работаем по старинке, как 70 лет назад. Почему? Заметьте, что внедрение технологий – не ключевой элемент. Болееважно изменение сознания людей, работающих на земле. У нас сложилась система «нахлебничества» – получения дотаций от государства, списывания долгов и т.д. Вектор развития в ней направлен «антиконкурентно» – в сторону развития умений лоббировать интересы и договариваться с чиновниками. Заложниками ее стал весь агросектор и экономика.

На Западе фермеры работают очень интенсивно и за все платят, здесь этого нет. Нам нужны невысокие кредитные и страховые ставки – но больше всего нам нужно, чтобы люди приучились по ним платить. Иначе мы будем производить неконкурентную продукцию.

Менталитет сразу не поменяешь, но это делать необходимо – канадский фермер отвечает за все.

Вероятностный подход

– Какова вероятность того, что крупный западный капитал или производитель скупит на Украине все земли, если такая возможность будет разрешена законодательно? Соответственно украинский бизнес все равно обречен.

– Такая опасность есть. Чем больше мы будем думать и ничего не делать – тем она выше. Но я не думаю, что это будет массово. Произойдет некоторое рыночное распределение, но ведь кто-то не продаст земли и научится работать эффективно, кто-то будет занимать те ниши, которые не интересны для крупных международных компаний. Те же японцы или саудовцы не скупили земли в Южной Америке и странах Восточной Европы.

– Они, наверное, тоже диверсифицируют риски вложений. В масштабах всей планеты и с учетом международного разделения труда.

– Да, в конце концов существует международное разделение труда. «Агро-Союз» сегодня выступает экспортером сельхозтехники, которая является элементом ресурсосберегающих технологий. Ее покупают многие страны, например Россия, а у нас на Украине – проблемы в сознании у потенциальных покупателей. Не с деньгами, заметьте.

– Ваше отношение к аграрному лобби?

– Основная масса нашего аграрного лобби лоббирует дотации, помощь от государства, как в европейских странах, но эти модели далеки от Украины. Несмотря на то, что они красивы. В Европе небольшие хозяйства, развитая инфраструктура и высокая дисциплина в цепочке посредников. Мы ближе, даже по менталитету, к северу США и Канаде. Там нет дотаций от государства или они мизерны, но их фермеры более конкурентоспособны.

– А как вы можете планировать выход, если у вас скажем выход яиц от страуса варьируется в рамках 20-130 штук за сезон? Или применяются новые биопрепараты? А факторы влияния природных условий (Бога) на конечный урожай – говорят, что они его определяют на 80% и только на 20% – усилия человека?

– В первом случае используем вероятностный подход с разными коэффициентами ожиданий определенных исходов. И, таким образом, нивелируем разброс в масштабах всей фермы. Во втором – действительно, часто наблюдаются всплески, которые затем не повторяются, – при отсутствии устойчивой воспроизводимости мы не рассчитываем на рост. Но мы работаем с ними постоянно, выступая «испытательным полигоном» для многих разработок. И, как сверхзадачу, стремимся перевернуть отношение 80/20 наоборот – чтобы результат на 80% был управлямым и только на 20% подвержен внешним непредсказуемым факторам. Мы строим многофакторные математические модели и пытаемся работать с ними: система растениеводства – это многофакторная математическая задача. Мы пытаемся строить севообороты по нашей эмпирической модели. Это очень интересная и результативная задача. К этому приходят и американцы. Настоящий менеджмент – это попытка управлять всем, даже тем, что от тебя не зависит. Но если нельзя управлять погодой – то можно предусмотреть ее последствия и управлять ими.

По течению молочных рек

– Вы опираетесь на свою технологию или привносите и другие разработки?

– Наша «нулевая технология» описана еще профессором Росинским, работавшим в Херсонской области, в учебнике 1890 г. Мы работаем и с нашими сельскохозяйственными институтами и учеными.

– Каково соотношение между двумя основными направлениями «Агро-Союза»?

– Что касается дистрибуции запчастей, то у нас около 110 представительств по Украине – в каждом районе и области, по агротехнологиям – около 40 представительств в России, 9 – в Казахстане. Сборочное производство открывается в Раменском, под Москвой, Астане. Более половины собственного зерна уходит на собственное животноводство – мясное и молочное.

– Кстати, что мешает нашему молочному производству? Я знаю,что 66% всего молока, которое поступает на молокозаводы Украины, низкокачественное, а, скажем в Польше, 95% всего молока имееткачество «премиум»? Поэтому в Украине сложно производить молоко продукты, основанные на чувствительных культурах – йогурты, кефиры и т.д.

– Борьба за качества молока -основная проблема во всех странах. Для этого нужно иметь большие и здоровые стада и соответственно грамотно управлять ими-кормление, выбраковка, лечение и изолирование больных и т.д. Мы продаем наше молоко по 34 цента за литр компании «Президент», это выше, чем в США. Мы получаем доплату за белок и отдельно – за жир. Мы гарантируем качество молока переработчику, и он готов платить такие деньги. А какой у него получается продукт из нашего молока – вы, наверное, пробовали! Если мы понимаем факторы, влияющие на качество и ценообразование молока, – мы должны ими управлять.

– А дальше продолжить цепочку до потребителя – купить свой молоко_ или сырзавод?

– Зачем? Мы планируем увеличить стадо еще на 20% – довести его до 5000 голов – это 100-150 тонн молока в сутки, мощность одного завода. Его не нужно покупать, нужно загрузить. Их, незагруженных, по Украине много. Мы концентрируемся на базовом звене, которое у нас слабое и соответственно даст максимальный эффект, – растениеводстве и животноводстве.

О социальном и личностном смысле бизнеса

– Рынок нужно формировать, создавать самому, хотя это занятие всегда рискованное и иногда-неблагодарное. Когда у нас уже отлично шел бизнес по торговле запчастями, была создана филиальная сеть и мы взяли подсобное хозяйство «Южмаша», с работниками – бывшими осужденнными, нам говорили, что мы угробим кучу денег и бросим эту затею. Но мы успешно работаем, мы формируем мнение – что это можно. И рынок покупателей на нашу технику. Можно многое, например продавать по 33 т молока ежедневно по 34 цента за литр. Мы показываем, какие у нас затраты, сколько зерна и мяса мы производим, сколько продаем и сколько прибыли получаем. Все это вполне осуществимо каждому.

Сегодня уже видно, что менталитет меняется – из агрономов, техников и т.д. формируется прослойка менеджеров, которые задумываются об экономике. Плюс молодежь – которая не испорчена и которую не нужно переубеждать.

– Вы держите руку на пульсе агросекторов 3-х стран: России, Казахстана и Украины – вы наверняка первыми улавливаете тенденции и не ошибаетесь.

Нет, тактические ошибки бывают. Но по крупному – мы очень хорошо не ошиблись и двигаемся в верном направлении.. То, что мы планировали получить от агронаправления 5-6 лет назад и ставили ожидаемую вероятность достижения – 30-40%, оправдалось на все 100%. Это становится все более интересным и придает смысл жизни многим людям.

– Нечто подобное хрущевскому «догнать и перегнать» их фермеров по производительности и рентабельности? Неужели же они вообще не видят в нас конкурентов и легко делятся информацией и технологиями?

– Еще как видят. Делятся только общедоступными и очевидными вещами. А ноу-хау стараются не раскрывать. Недавно нам даже отказали в доступе на североамериканскую конференцию фермеров по «no-till» – хотя мы работаем на другом континенте. Видимо, понимают, что сегодняшний рынок глобален, а спрос на любую продукцию – конечен.

(Интервью опубликовано в журнале “Зерно” №1, 2006 г. в рубрике – “Земледелие в Украине”)