Здравствуйте, читатель!

Повидались мы на выставке, кому-то я журнал подписал, с кем-то пошутил, кто-то (Руслан Петрович) меня учил уму-разуму. Много там интересного было и поучительного. Вот стоял я возле здоровенной (12 м) сияющей сеялки именитой фирмы, любовался ею, а мимо идут два мужика в кожухах и про сеялку говорят:

- О! Дивися! Така сама каліка, як у нас!

Да, подумал я, вещи не всегда являются такими, как кажутся. Хотя, безусловно, производитель сеялки объяснил бы мужикам, что они делают не так и почему она у них «каліка». «Нет правды на земле… Но правды нет и выше. Для меня так это ясно, как простая гамма». Это Пушкин, «Моцарт и Сальери» – трагедия о гении и злодействе. А помните, в «Полтаве» тот же Пушкин устами своего героя сказал – «Без милой вольности и славы склоняли долго мы главы под покровительством Варшавы, под самовластием Москвы. Но независимой державой Украйне быть уже пора: и знамя вольности кровавой я подымаю на Петра». Вот в какие дебри подсознания может завести разговор у сеялки на выставке.

Кстати, нужно как-нибудь актуальную ситуацию в Украйне попробовать описать слогом Пушкина и отдельно – слогом Тараса Шевченко. Потому что главная проблема аналитики в том, что она располагает обширным фактическим и статистическим материалом, а за сердце не берет. А вот такая аналитика, пожалуй, взяла бы, да и драматических сюжетов в современности полно. Вы думаете, чего это редакторское перо так накренилось в сторону литературы и искусства… Да просто потому, что аналитика, бизнес-планирование перестали быть действенными инструментами, а искусство – это концентрат общественных настроений, культурных накоплений и моделей общественного поведения. Иными словами, когда термины и логика перестают работать, остаются стихи. Или матюки. Но мы же люди культурные… Хорошенько выматюкавшись, мы начинаем вспоминать стихи. А что вы можете сказать на то, что министерство попросило зернотрейдеров приостановить закупки «до выяснения положения с состоянием озимых»? В стране накоплено огромное количество зерна, вывозится оно крайне плохо. Из-за прошлого запрета экспорта рынки заняты Россией, плохие погодные условия тормозили работу портов. По самым скромным подсчетам на конец сезона у нас будет накоплено 14 млн т пшеницы при внутренней потребности 6 млн. Да хоть бы и вовсе ничего не выросло – мы можем свободно экспортировать 8 млн т, это же ясно любому знатоку арифметики. Нееет… Подождем, посмотрим… Интересно, кто ответит за безусловное торможение развития отрасли? За гигантские потери экономики? Я уже не говорю о потерях производителей, фермеров, агрокомпаний. А никто не ответит. Не сомневайтесь. Еще какое-то время никто отвечать не будет. А вот потом… Короче, по словам министра, пересвать придется 3 млн га озимых. Только в Николаевской области – 250 тыс. га, в Кировоградской – примерно 50% посевов. Вопрос: беда ли это? Я бы сказал – неприятность. Агробизнес щедр на неприятности. Вот сейчас резко упали закупочные цены на молоко. «Беда, беда», – плачутся молочники. Ну, беда, но на моей памяти за последние пять лет цены неоднократно взлетали (да так, что рентабельность производства молока составляла 150%) и падали. И в Европе так же, фермеры цистерны молока выливали в Рейн в знак протеста. Это, по моим наблюдениям, объективная реальность агробизнеса, и к этому нужно быть готовым. Это как приход зимы, когда нельзя сеять и растить кукурузу. Бизнес нужно строить и планировать, учитывая, что в течение определенного (или неопределенного) периода неизбежны убытки и в течение другого периода – их компенсация, да еще и с прибылью. Так же идут дела в свиноводстве, в производстве сахара. В этом году мир произведет 5 млн т лишних, поэтому высокой цены на сахар ждать не стоит. И реализацию по 8-10 грн за кг от производителя нужно вспоминать как приятный эпизод, а не норму жизни. Да и в целом следует понимать, что рентабельность в сотни процентов – временна, таких бизнесов в мире не бывает. Процентов 20-30 – в наших, украинских, условиях, пожалуй. Возьмите голландского художника, Ван Гога, раз уж мы заговорили об искусстве. Человек все время работал во славу агрокомплекса, написал картины «Подсолнухи», «Пшеничное поле со жнецом», жил в бедности и даже однажды отрезал себе ухо в знак протеста против запрета экспорта зерновых. А сейчас «Подсолнухи» Ван Гога стоят больше 100 миллионов долларов. Вот какова волатильность рынка, жаль, сам Ван Гог не дожил.

Так что у нас, родной мой читатель, дела куда лучше. Мы точно доживем до хороших цен и точно дождемся нашего украинского «Вашингтона З новим і праведним законом? А діждемось-таки колись.» (Это все-таки Шевченко, Тарас Григорьевич). Вон уже и премьер-министр 21 февраля дал месяц на подготовку к посевной. Вон уже и министр попытался удешевить удобрения для аграриев, на 600-700 гривен, для чего обратился за средствами к Раде и позвал химиков для согласования механизмов господдержки… Правда, химики (а все заводы принадлежат Фирташу) не пришли, да и селитры нет вообще до апреля, вся распродана. Но мы опять пытаемся искать логику и здравый смысл там, где их искать не стоит, только уши потеряешь.

Оставим суетное. Обратимся к искусствам, а из всех искусств для нас важнейшее – хлеборобство. И свиноводство. И скотоводство. Все преходяще, читатель, а сельское хозяйство вечно. И радостно от того, что мы с вами каким-то краем причастны к нему. Приходят новые времена. По крайней мере, времена года – весна.

Совсем уже близко время, когда пойдет по чернозему сеялка, и из видавшего виды магнитофончика зазвучит Виктор Цой – «Зерна упали в землю. Зерна просят дождя».

С Весной вас, дорогой читатель!

 

Ваш главный редактор