Миссия агропромышленного сообщества в развитии цивилизации предопределена статусом творцов и созидателей. Именно им предстоит восстанавливать реальные ценности

От редакции. Владимир Иванович Решетняк не впервые выступает на наших страницах: в прошлом интервью мы вплотную подошли к решению двух жизненно важных для аграриев задач:

• оптимизации производственных затрат в аграрном секторе;

• повышению эффективности реализации аграрной продукции.

Сегодня мы услышим о на­прав­лениях, в которых ведется поиск решений этих задач.

Поговорим о погоде

Полагаю, стоит начать с разговора о погоде и представить читателям «артефакт» – прогноз засушливых условий весенне-летнего сезона на территории России от 1990 года. В Украине сложилась аналогичная ситуация. Впрочем, тогда это была одна страна.

Артефакт – это чудом сохранившийся черновик, отпечатанный на печатной машинке, в котором от руки, красной шариковой ручкой, расчерчены зоны весенне-летних засух по долготам и годам.

С высоты развития информационных технологий такие «рукотворные» прогнозы кажутся примитивными, однако недоборы урожаев по погодным условиям 2003-го и 2007 годов, 2010-го и 2012 годов в них подчеркнуты красными линиями задолго до того, как засуха имела место быть. Кроме того, с 2010 года у меня в архивах «пылится» модель производства зерна в России, где в разрезе зерновых культур фигурирует прогноз вплоть до 2014 года. Мы даже 2011 г. в ней не стали корректировать для чистоты эксперимента. Формат прогноза довольно-таки примитивен, однако тот факт, что в документе четко виден всплеск урожайности в 2011 году и спад в 2012-м, как говорится, «не вырубишь топором». Подчеркивает это и два символа, обосновывающих устойчивые цикличности, – 8 max и 8 min. Я уже упоминал, что с одним из авторов «артефакта» мы сейчас плотно сотрудничаем по направлениям оценок агроклиматических потенциалов и прогнозированию урожайности. Нужно сказать, что по 2012 году наши прогнозы сошлись, а 2013-й и 2014 гг. пока под вопросом, потому как возникли разночтения между «академическим» и «стратегическим» прогнозами урожайности. Причины разночтений нам еще предстоит выяснить, хотя лично я предпочел бы, чтобы в 2013 году состоялся не «стратегический», а «академический» прогноз. Почему – умолчу, пока сами не разберемся, что к чему и почему. В любом случае прогнозирование урожайности выводит на стратегический уровень объемно-ценовое моделирование развития аграрных рынков.

Так, например, будучи уверенным, что в 2012 году на российском и мировом рынке ожидается спад урожайности зерновых культур по погодным условиям, я рекомендовал аграриям урожай пшеницы 2011 года по возможности придержать, запланировав реализацию основных объемов этой культуры на вторую половину сезона. Надо полагать, мои рекомендации оправдались.

Но благосклонность погоды и конъюнктуры к аграриям, проявленные в прошлом сезоне 2011/2012 гг., скорее исключение из правил. Обычно происходит так: есть урожай – нет цены, есть цена – нет урожая. И плюс к этим «недоразумениям» еще одно: материально-технические ресурсы дорожают с опережением. Чтобы минимизировать все эти риски, аграриям необходимо оптимизировать свои затраты, а это сфера компетенции агротехнологий, которые в нынешних реалиях – Terra incognita.

Помнится мне, что 20 февраля 2006 года Постановлением правительства РФ № 99 была утверждена Федеральная целевая программа «Сохранение и восстановление плодородия почв на землях сельскохозяйственного назначения и агроландшафтах как национального достояния России на 2006-2010 годы и период до 2013 года». В нем «благие намерения» в подробностях по пунктикам расписаны и дана обобщенная целевая установка: за годы реализации программы прирост сельхозпродукции должен составить не менее 100 млн тонн «зерновых единиц». Однако с тех пор в зерновом производстве произошло два провала: в 2010 году – до 61 млн т и в 2012 году – ориентировочно до 70 млн т «зерновых единиц». Конечно, проще всего на заморозки и засуху «стрелки ответственности» перевести, но есть нюансы. Я видел поля, где заморозки и засуха не решают судьбу урожая, а агротехнологии в сочетании с микробиологией – решают, обеспечивая стабильность производства. Плюс их синергетическое сочетание решает еще одну актуальнейшую задачу – восстановление плодородия почвы с минимальными затратами.

Таким образом, мы с вами вышли на три взаимосвязанных направления:

• оценка агроклиматического потенциала и долгосрочные агроклиматические прогнозы;

• комплексный мониторинг и объемно-ценовое моделирование товарных рынков;

• агротехнологии для восстановления плодородия и подавления бактериозов.

Действуя сообразно принципу «не утверждать, а доказывать», мы все теории проверяем на практике и протоколируем факты, так что привести конкретные примеры мне не составит труда. В прошлом году простой алтайский фермер, вооруженный объемно-ценовым прогнозом, не стал сливать свой урожай ниже «ватерлинии», а продал пшеницу на финише прошлого сезона и выиграл по цене практически вдвойне. Как считаете, в чем отличие между этим фермером и теми, кто сдался на старте сезона за гранью рентабельности?! Просто он видел дальше и мог себе позволить «пятнадцать минут подождать», поскольку не увяз в кредитной трясине.

Но это, скорее, исключение из правил. А в целом аграрный сектор России – в отличие от украинского – на «кредитную иглу» уже настолько плотно насажен, что аграриям в буквальном смысле жизнь не мила. Извините, но я вынужден напомнить примеры, когда за кредиты аграрии рассчитывались жизнью.

2009.09.11 – Алтайский фермер застрелился, 2011.06.28 – долговая петля для фермеров.

Кто сказал, что тупое копирование американских и европейских агротехнологий обеспечит высокую рентабельность, повысит устойчивость растениеводства к погодным форс-мажорам и бактериозам, не говоря уже о восстановлении плодородия? Информаци­онное пространство испещрено броскими заголовками об аномальной засухе в США, но никто из экспертов, ни разу не обмолвился, что урожайность кукурузы в США упорно припадает третий год подряд.

За полувековую историю аграрного производства это исключительный прецедент! Попробуйте разобраться в причинах его возникновения – констатации засухи будет явно недостаточно! Между тем есть примеры, когда в условиях аномальной засухи аграрии получили высокий урожай.

Между объемно-ценовым планированием и агротехнологическим оснащением есть одно связующее звено – агроклиматические прогнозы урожайности и фаз выпадения осадков. Они выводят задачи оптимизации производственных затрат и повышения эффективности реализации продукции, жизненно важные для аграриев в условиях ВТО, на уровень стратегического планирования и тактического маневрирования. В этом плане весьма показателен наш прогноз производства зерновых культур (в том числе пшеницы и кукурузы) по мировому рынку на этот сезон.

Что характерно, этот прогноз точнее первого прогноза FAS USDA, опубликованного ровно через полгода, в мае 2012 г. Либо им придется признавать, что мы оказались дальновиднее, либо же мы вправе считать, что американцы умышленно завышали свои прогнозы урожая. Аналогичные сомнения в компетентности вызывают прогнозы урожая наших министерств. Минсельхоз и Минэкономраз­вития в июне предавались урожайному оптимизму и зашкаливали оценки урожая зерна в РФ на 2012 год за 90 млн т, чем изрядно повеселили аграриев.

Если бы у нас не было прогноза – 74,1 млн т, в том числе пшеницы 39,1 млн т, зафиксированного в файле 2011.12.08 от ПРЗК «Россия» (прогноз урожая зерна на 2012 год по культурам), я бы об этом не упоминал. Если бы к июню мы не запротоколировали оценки урожая руководителей аграрных предприятий в пределах 70 млн т, оптимизм «кабинетных экспертов» можно было счесть недоразумением. Но на фоне реальных прогнозов компетентность оптимис­тов вызывает сомнения. И возникает резонный вопрос: куда могут завести наш АПК «слепые поводыри»?

Надеюсь, представленные факты наглядно иллюстрируют применение знаний и навыков для решения конкретных задач. Задействованные в этом деле разработки и технологии стоило бы продвигать в более широкомасштабном формате, но у агропромышленного сообщества до сих пор не сформировались «центры силы», способные консолидировать интересы сообщества и организовать конструктивное взаимодействие для противодействия внешним вызовам.

Отраслевых союзов и ассоциаций в АПК – пальцев на руках и ногах не хватит сосчитать, но эти «междусобойчики» предпочитают однорукое лоббирование и междоусобную конкуренцию, а отстаивать интересы агропромышленного сообщества за его пределами не способны. Пользуясь методом исключения, мы прикинули, кто из отраслевых союзов может сформировать вокруг себя консолидирующие «центры силы». И при всем богатстве выбора просматриваются лишь два реальных кандидата, не запятнавших свою репутацию «политической проституцией». Вообще функции «центра силы», скорее, сферы компетенции и ответственности вертикали Минсельхоза, но из соображений «политкорректности» таковой вынужден подтанцовывать ВТО. При этом профильному министерству приходится «задним умом» догонять, как защищать наш АПК от этой аббревиатуры – при несопоставимых уровнях господдержки и несоизмеримых ставках кредитования, при издержках налого­обложения, ценообразования и ручного управления. Полагаю, что при таких пассивах «миссия невыполнима» и нужны «ассиметричные ответы» внешним вызовам. А для этого необходимо, как минимум, не жмурить глаза и адекватно оценивать ситуацию.

Теперь ответьте на вопрос: ВТО – это хрен или морковка?! Иными словами, Россию в эту «аббревиатуру из трех букв» втянули с прицелом обеспечить безбедное существование для 2% мирового населения или чтобы отнять у них 17,1 млн кв. км территорий и 30% ресурсов? Оптимистам рекомендую из школьной программы прочесть басню о матером волке и молодом баране.

Даже без «оптического прицела» видно, что реальные последствия вступления России в ВТО проявятся двумя разнонаправленными потоками: вывоз ресурсов – ввоз безработицы. А в мутных струях этих процессов активизируется финансово-экономическая экспансия и будет включен «обратный отсчет» нарастания критической массы социальной напряженности.

Когда социальная напряженность достигнет взрыво­опасного уровня, «потусторонние силы» могут активировать «ценовойвзрыватель»: нефть – вниз, зерно – вверх. По сути, этот сценарий – «классика жанра» реальной политики (см. диаграмму). Это соотношение стоимости барреля нефти к бушелю пшеницы с прогнозом до 2018 года по аналогии периода с 1990-го по 1998 год. Следует отметить, по 2010-2012 годам уже по факту вырисовывается синий сценарий. Такое впечатление, что мы идем вперед в прошлое.

Но на мировой арене глобальной геополитики и макроэкономики проявляются тенденции, которые не столь очевидны, как рейтинг энергетических доноров и реципиентов. Однако их влияние на ситуацию в стране и мире, действуя подспудно, приобретает решающее значение. Мысленно продолжите ценовые тренды нефти и пшеницы с 2012 года лет на пять вперед, учитывая «по умолчанию» фактор роста мирового населения. Согласитесь, что денег напечатать – не вопрос, «дурное дело не хитрое», а потребление нефти пляшет в зависимости от цены «черного золота». И лишь рынок продовольствия устойчиво растет на волне прироста населения планеты.

Я внимательно смотрел трансляции саммита АТЭС/APEC на острове Русский и отметил главный ракурс внимания его участников: проблемы продовольственного обеспечения и раз-вития аграрных секторов экономики были возведены во главу угла. Даже такой «уношенный» инвестор, как Джим Роджерс, после сорока лет воздержания возбудился и решил инвестировать в Россию.

Во всем мире наиболее ценный и дефицитный ресурс – это земля: земная твердь не производится со времен сотворения мира. Полагаю, эта цитата кратко и лаконично объясняет денежный интерес, а ведь из всех развитых и недоразвитых стран Россия обладает колоссальным агропромышленным потенциалом.

Так чего не хватает России, чтобы самостоятельно задействовать этот потенциал?!

Думаю, ответ однозначен – финансового суверенитета, утраченного еще в смутное время «лихих девяностых». С тех пор контроль фундаментальных основ государства осуществляется извне посредством «условных единиц».

Секрет процветания стран развитого мира не в особой производительности их народов и не в политической системе, а в производстве денег и финансовых капиталов, которые страны – обладатели «печатных станков» обменивают на товары и ресурсы развивающихся стран. Ну как тут не вспомнить суждение о «денежной элите» шестнадцатого по счету президента в президентском списке США и первого – в убойном списке первых лиц этого государства.

«Денежная элита паразитирует на стране в мирное время и плетет заговоры против нее во времена бедствий. Власть денег более деспотична, чем монархия, более высокомерна, чем автократия, и более эгоистична, чем бюрократия. Она осуждает как «врагов народа» всех, кто подвергает сомнению ее методы или проливает свет на ее преступления», – говорил Авраам Линкольн.

На этом фоне новость с саммита АТЭС о предложении гаранта Конституции иностранцам инвестировать капиталы в российские земли выглядит, мягко говоря, неосмотрительно. 9 августа этого года Путин предлагает иностранцам инвестировать в русские земли: «Если говорить совсем откровенно, нам бы хотелось меньше закупать товаров, а больше привлекать капиталов для развития сельского хозяйства на территории РФ, имея в виду наши естественные конкурентные преимущества – наличие большого количества пригодных земель для сельского хозяйства, но еще не обрабатываемых». Ну и как прикажете это понимать?! Допускаю, что падкие на сенсации журналисты передернули контекст разговора броскими заголовками, как в случае с затратами на саммит. Но если новостная цитата – это «зеленый свисток» на скупку земель за «зеленую массу», нам впору менять галстуки на головные уборы из перьев. Так называемых капиталов наштамповано за столетнюю историю ФРС США выше крыши, и их реальная ценность после отмены золотого стандарта в 1971 году крайне сомнительна.

Не имею целью навязать вам свою точку зрения, но в моем понимании Россия сейчас как «зеркало мира» отражает происходящие в мировом сообществе процессы, а наша цивилизация находится в состоянии зреющего глобального кризиса монетарной системы управления. Если у человечества есть будущее, его будут не «пилить и делить», а «творить и созидать» по новым «чертежам мироздания», не попирающим духовно-нравственные качества (именно они отличают мир людей от мира животных). Только такой подход исключит разорение и уничтожение планеты. Государство и цивилизация в будущем – базис, надстройка, идеология. Иной альтернативы будущему я не вижу, и в контексте этой концепции было бы логично сформулировать миссию агропромышленного сообщества в развитии цивилизации: миссия агропромышленного сообщества в развитии цивилизации предопределена статусом творцов и созидателей, которым предстоит восстановить реальные ценности. Эта миссия невыполнима без формирования институтов консолидации и взаимодействия: один на всех «Союз творцов» и одна за всех «Партия созидателей». В моем понимании условия для формирования этих агропромышленных «центров силы» давно назрели.

2012.07.15 – вступление России в ВТО. Судя по пустым креслам, большинство «народных избранников» забили на это дело, хотя по итоговым протоколам 238 – за, 209 – против, 1 – воздержался и 1 – не голосовал. Детально и подробно расшифровал последствия вступления в аббревиатуру из трех букв Сергей Кургинян: озвученные им аргументы и факты весомее, чем пустые кресла. Выводы «кто is who и who is где» делайте сами, но я так полагаю, что гарантом интересов агропромышленного сообщества может быть только агропромышленное сообщество…

 

Владимир Решетняк,
директор ООО «Агентство «Стратег»,
координатор АПК «Земляне»