Здравствуйте, читатель!

Вот опять мы сели с вами за один стол. Я – по одну сторону журнала, вы – по другую.  Слава Богу, все как у людей на столе, и даже лучше, потому что я привез из Канады кленовый сироп, а из Страсбурга диковинный сыр, а у вас всегда домашняя колбаска и помидорчики-огурчики с грядки. Правда, последние.

Давно уже эти поездки – чисто деловые, и езжу не я один, а вы тоже, читатель. Ну сто процентов, что мы встретимся с вами в Ганновере через пару недель и обменяемся рукопожатиями и объятиями. На прошлой «Агритехнике» украинских аграриев насчитывалось более семи тысяч, а в этом году рекорд будет побит. 

Так вот, сидим за столом, на улице пасмурно, а солнце и радость где-то впереди, в конце марта 2014-го, когда начнется новый сезон и будет закладываться новый урожай.

Пока непонятно, что делать с уже собранным урожаем.

Цен нет и не предвидится.

Повезло тому, кто вышел в ноль, два мешка картошки посадил и два мешка выкопал. Да и вообще повезло тому, кто посадил картошку: картошка в цене, как и лук.  А ведь помним, как совсем недавно люди по 50, а то и 30 копеек лук отдавали, горько плакали и отдавали, и мудр тот, кто, чуть не разорившись на луке, опять посадил лук.

У нас вот другой подход прорисовался. Пострадав от цен, посеяли озимых на треть меньше. Хотя кто его знает, какая она по размерам, эта треть. Наверняка с мест администраторы отрапортовали, что засеяно 70% площадей, даже там, где засеяно 30%. Ну, потом всегда можно сказать, что просто местами цифры перепутали, а пока – никаких подзатыльников сверху, и на дожди все списать можно. В действительности, думаю я, засеяна половина плановых площадей. Люди вообще отказались от ячменя и крепко плюнули на пшеницу.

Невыгодно. 

Поэтому следующий год будет очень любопытным. Кукуруза-соя-кукуруза-соя-кукуруза-соя – так будет выглядет Украина полевая с высоты птичьего полета.

И за этим урожаем к нам придет зерновой Пул. Его полгода будут создавать Украина, Россия и Казахстан. Вот уж поистине слово из трех букв… Запрячь пытаются в одну повозку лебедя, рака и щуку.  Россия, в отличие от Украины, не располагает перспективным экспортным потенциалом, слишком велико там внутреннее потребление и культура земледелия отстает. В лучшие годы россияне экспортируют 10-15% урожая, тогда как Украина – почти 50%. Правда, потому что внутреннее потребление низкое. Но и перспектива большая. А сельское хозяйство Казахстана – это вообще отдельная песня, длинная такая, протяжная, казахская. Людей мало, сельхозугодий не сосчитать. У них тонна-тонна двести с гектара – вполне приемлемо. Хотя, за счет невероятных площадей, выращивают такой же объем пшеницы на экспорт, как и Украина.

Проблема в другом: если три страны договорятся о координации действий в экспортной политике зерна, во всех этих трех странах вступит в силу государственная мнополия на экспорт. А что такое госмонополия, украинские аграрии отлично знают по временам запрета экспорта. Это когда разоряются все: трейдеры, зернопроизводители и государство.

Здесь заложено столько противопехотных мин, что нужно надевать бронетрусы. Россия протягивает свои костлявые руки к горлу украинского АПК. Получив шанс узаконить госмонополию, украинские чиновники потирают свои пухлые волосатые ручки. Казахстану по большому счету все равно. За год-два сельское хозяйство в Украине просто останавливается, а это единственная развивающая отрасль экономики. Украина теряет глобальную рентабельность и даже самоокупаемость, с ней теряет независимость и становится легкой добычей соседа-империалиста, Украинской областью Российской Федерации.

Трейдеры уже выступили против. Алексей Вадатурский, «Нибулон»,  уже напомнил с высоких трибун, что Канада и Австралия (обе экспортируют по 19 млн тн пшеницы примерно, столько же и весь Евросоюз) как раз отказались от государственной монополии на экспорт зерна. В ответ ему, создателю системы транпортировки зерна на экспорт баржами по Днепру, с высоких трибун было объявлено, что собрать большой урожай – недостаточно, нужно его сохранить и перевезти. А транспортировка водным путями у нас неразвита, поэтому «…мы должны в кратчайшее время разработать план действий по возобновлению инфраструктуры и флота для речных перевозок».

Это сказано 17 октября, и тут я должен, по требованию информагентства УНИАН, сослаться на него. Ссылаюсь и привожу дословно начало этой информации от 17 октября: «Премьер-министр Украины Николай Азаров поручил профильным министерствам до конца года подготовить программу развития судоходства по Днепру для осуществления импорта зерновых культур речным транспортом».  Дожились мы, — по версии УНИАН, зерно мы будем завозить из других стран, да еще и транспортировать его по Днепру против течения, ведь, по логике, оно придет в порты. 

Вы говорите, читатель, мысль потеряла стройность? А мне кажется, обрела. Вот оно, истинное лицо украинской экономики и политики. Это квинтэссенция абсурдности процесса: создание зернового пула, разорение зернопроизводителей и в итоге импорт зерна и перевозка его против течения. Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно. За модель взята логистика зерноперевозок по Миссисипи, ничего нового наши мудрецы не придумали. И забыли лишь одну вещь: в отличие от Миссисипи, Днепр зимой замерзает, как раз в периоды, когда нужно интенсивно перевозить зерно. Что вам нужно еще, читатель, чтобы глубоко и полно понимать качество и профессионализм украинской политики, идущей на три буквы, в пул с Россией и Казахстаном? Россию не покидает желание диктовать цены миру, на газ, на зерно, но с газом уже получается плохо и скоро совсем ничего не получится. И нет ни малейших надежд на то, что получится с зерном. Диктовать вообще ни с чем не получится. Мир таков, что в нем можно торговаться, договариваться… Но не диктовать. А западный мир и вовсе другой.

В канадском городке Грэнби я вышел покурить у двери отеля. Вслед за мной вышел здоровенный и сильно пьяный парень (в холле отеля бар с пивом и покрепче). Шатаясь, он подошел ко мне, и я приготовился к обычному – «дай закурить». Это выражение несет столько смыслов. В нем бывает – «давай познакомимся», «мне трудно, помоги», а чаще всего – «это наша территория, давай подеремся». Но парень долго молчал, звенел мелочью в кармане, наконец извлек медный канадский доллар с изображением утки и сказал:

— Из..ззз..вините… (S…sss…sorry…) Не могли бы вы продать мне одну сигарету?

Тут я и осознал бездонность пропасти между нашими мирами.

Я дал ему сигарету и не взял его доллар, чем тоже, наверное, нарушил привычный североамериканский порядок вещей.

Страшные слова – порядок вещей. Это когда вещи в порядке.

Перечтите вышеизложенные факты, банальную политинформацию, обзор новостей, и скажите – в порядке ли у нас вещи.

Держаться. Собрать волю в кулак. Многие сейчас побегут из АПК. Еще бы, с рентабельности 200-300% упасть на 5% или на ноль – больно.

Но АПК – не совсем бизнес. В отличие от производства, например, мебели или сборки электроники из готовых модулей, АПК – бизнес, философия и независимость.

Украина не может стать великой державой, наладив крупнейшее в мире производство мебели, как бы не были дешевы, прочны и элегантны наши табуретки.

А вот подняв на правильный уровень производство зерна – может.

Только если вы выстоите, читатель. Только если вы не сломаетесь.

Нас здесь двое, за столом, в пространстве этого журнального листа. Я пишу, а вы читаете.

Я не сломаюсь.

И вам не дам.

Днепр течет и уносит мусор и всякую нечисть – тысячелетия. А украинский земледелец – святой человек, и, когда приходят к нему рейдеры или нанятые силовики, мытари или злодеи – архангелы встают рядом с ним. Горе тому, кто придет со злом к возделывающему землю.

Обопритесь, покрепче, читатель, на мое плечо, на плечо журнала «Зерно».

И – вперед, вместе.

Будем сеяться.

 

Ваш главный редактор.

Кстати, все еще надеюсь, что вы подписались на журнал на 2014-й. Ведь это единственная гарантия того, что в следующем году мы с вами победим.