– Спасибо за ваше время, которое вы щедро выделили для беседы, – убирая диктофон и фотоаппарат, сказал я своему ньюсмейкеру. И заметил, что Томас Блумтритт, коммерческий директор KWS по зерновым культурам, смотрит на меня с искренним недоумением

 – Как, это все, вопросов больше не будет?

– Нет, разве только, – быть может, вы полагаете, я что-то забыл спросить?

– Вы не будете меня расспрашивать про ГМО?!

– Нет, мне это неинтересно.

– Но все журналисты именно на этой теме пытаются построить свои статьи!

Мне было приятно оказаться не таким, как все. И я пояснил, что считаю тему ГМО политическим шоу, а в ходе нашей беседы я пытался найти идеи и тренды, которые помогли бы моим читателям больше зарабатывать, эффективнее хозяйствовать, крепче стоять на ногах.

И кажется, таких идей в нашей беседе было немало.

Нижняя Саксония в мае очаровательна. Богатая густая листва лесов и рощ, где нередки краснолистные тополь и фундук, буйно цветущие рододендроны в усадьбах, все это радует глаз. Но не может ускользнуть от журналистcкого глаза и аккуратно спрятанная в лесочке английская натовская база, – целый город, правда, сейчас почти опустевший, но все же на дорогах то и дело встречаются БМП и камуфлированные «Мерседесы» G. Мирный характер этих мест подчеркивают поля KWS, разбитые на крохотные прямоугольники. Нередко колосья собраны в пучки, и на них надеты белые пакеты, идет скрещивание, идет огромная селекционная работа.

– Вы уже 25 лет работаете в KWS, юбиляр, как у нас считается, – мы с Томасом Блумтриттом сидели друг напротив друга в просторной переговорной. Что вас так долго удерживает на одном месте? Ведь люди бизнеса подвижны

 – Во-первых, сама специфика селекционной работы в KWS Lochow, это чрезвычайно интересно. Мы думаем на перспективу в 10-15 лет. Следовать этими шагами, от года к пятнадцати, очень увлекательно. Я уже сегодня осмысливаю, какими будут рынки в 2030 году. Каждый день я общаюсь с селекционерами, и они своими биологическими и техническими приемами пытаются внедрить эти мысли в жизнь. И второй фактор – культура этого предприятия. У нас здесь очень много свободы, нам доверяют, и в компании царит по-настоящему открытая атмосфера и дружеские отношения. Эта культура и климат определяются наблюдательным советом и собственниками акций, и в этой атмосфере очень приятно работать.

– Хм…Странно…У нас в журнале такие же принципы…

– Я поддерживаю отношения с бывшими однокурсниками, они работают в разных компаниях, и некоторые идут на работу без удовольствия, в компаниях нередки конфликты… Мне очень не нравятся такие ситуации. Я на руководящей должности уже около двух десятилетий, и за этот период я принял на работу 100-120 сотрудников.

– Вот тут у нас уже меньше сходства в компаниях, нам чаще приходится увольнять людей, потому что в Украине еще пока маловато профессионалов, которые соответствуют нашим требованиям. Но вы сказали, что думаете о рынке в 2030 году…Каким же он будет? Хотя бы два основных тезиса.

– Ну хорошо. Площади посевов будут такими же, как и сегодня. Но нам потребуется значительно больше продовольствия. Следовательно, должна вырасти урожайность с гектара, и основной вклад в повышение урожайности должен быть сделан селекцией. Вопрос в том, сможем ли мы так быстро вести селекцию, как этого требуют рынки. Если это не удастся, существенно вырастут цены.

– И каковы ваши темпы сегодня?

– Мы проводим несколько тысяч успешных скрещиваний в год по всем зерновым культурам. Программа по пшенице больше, чем программа по озимому ячменю, а программа по озимому ячменю больше, чем по яровому. Каждое направление привязано к потребностям рынка, за каждой программой стоят финансы, и мы их абсолютно точно знаем.

– По отчетам KWS мы видим, что зерновые культуры в стратегии компании занимают около 10%…Но мы говорим об увеличении производства продовольствия. Будет ли это соотношение меняться в перспективе?

– Элегантный вопрос. Как известно, самые большие площади посевов в мире – это пшеница, и если нам удастся селекционировать гибрид пшеницы, доля зерновых культур значительно увеличится. Увеличится она также и в случае, если гибриды ржи распространятся в США, Канаде, Украине, России. Если гибрид пшеницы создать не удастся, вряд ли доля зерновых вырастет более чем на 10%.

– А в чем главная мотивация работ по созданию гибридной пшеницы?

– Если смотреть глобально, то нам в мире нужна энергия, сила, масличные и белковые культуры и сахар. Это то, что производит сельское хозяйство. Есть потребность икс, которую мы способны удовлетворить кукурузой, пшеницей, ячменем, рожью, «сильными» культурами. Если мы хотим быть сильными и успешными в этих культурах, нам нужно ориентироваться на культуру, которая даст максимальный прогресс по селекции. Кукуруза в среднем дает прибавку урожайности на 1,5% в год. Сортовая пшеница – не более 0,5%. Если нам не удастся добиться прибавки урожайности по итогам селекционной работы по пшенице до 1-1,5% в год, как мы это получаем по кукурузе, мы потеряем конкурентоспособность пшеницы, кукуруза ее частично вытеснит. Если мы хотим быть конкурентоспособными в пшенице в долгосрочной перспективе, ежегодно добиваясь заметного увеличения урожайности, у нас есть только один вариант – гибриды. И вот еще одна мысль: у нас на дворе 2015 год, а к 2050-му нам нужно удвоить производство продовольствия. Если мы растем со скоростью 1,5% в год, мы получим за 35 лет путем селекции растений всего 50%, а нам нужны все 100. Нам необходим прогресс в селекции.

– Вы полно и убедительно ответили на мой подготовленный вопрос, хотя я его еще и не задал, – меня интересовала перспектива отдельных культур в контексте растущего дефицита продовольствия.Ну что ж. Давайте поговорим о перспективе конкретных культур в бизнесе реального фермера или хозяйства. Зачем, например, фермеру выращивать пшеницу и рожь, если кукуруза и соя – выгоднее?

Есть разные аспекты, например, природные условия в Украине, – что в украинской среде наиболее эффективно для каждого гектара, производительность, а также рынки. Возьмем грубый пример: сахарная свекла очень производительна, это, наверное, одна из самых продуктивных культур. Но никому не приходит в голову в Украине засеять сахарной свеклой несколько миллионов гектаров, потому что произойдет коллапс рынков. Иной вопрос – экстенсивное или интенсивное это хозяйство, каковы его цели, стремится ли оно минимизировать затраты на гектар. Я убежден, что затраты на гектар в 50-гектарных предприятиях намного выше, чем в больших холдингах. Структуры и затраты соотносятся. Важно также, какова наша генетика. Нередко фермеры Нидерландов, Германии, других европейских стран интересуются возможностью вести бизнес в Украине, Казахстане, но они всегда обеспокоены тем, что лишатся современной генетики. Конечно, в Украине нет таких вложений в селекцию, как в Германии, например. Я припоминаю разговор с немецким фермером, работающим около Брянска. Он спрашивал – почему мы не занимаемся в его регионе селекцией пшеницы. Мы отвечали, что у нас нет уверенности в возврате средств, которых потребует эта работа. Нет рамочных условий для лицензирования. Он сказал, – тогда придется брать российские сорта. Но ведь они лимитированы по урожайности 5, максимум 6 тонн с гектара. Это, с моей точки зрения, драма и трагедия, потому что в основе своей генетика неплоха. Но если поехать на селекционные станции, там можно увидеть селекционеров, которым по 80 лет. Новых людей нет, нет даже 50-летних. Нет технической базы. Не хватает 20-30 лет хорошей, активной селекции растений.

– Та-ак…Хорошая новость состоит в том, что селекционеры работают на свежем воздухе и долго живут…

– Да, но в Украине нередко для того, чтобы провести эксперименты, селекционеры за свой счет покупают удобрения. Люди очень хотят работать… Но вернемся к мотивировке – почему иногда выгоднее выращивать рожь и пшеницу. Важный фактор – место выращивания, рожь требует на 20% меньше влаги, чем пшеница, на 20% меньше удобрений. Можно сэкономить средства на выращивании единицы растения, а если дать норму удобрений, можно получить выше урожай.

– Но рожь и стоит дешевле.

– Да, и поэтому важно внимательно следить за интересами рынков. Наша цель – показать преимущества ржи в качестве фуражной культуры. Кормовая ценность лишь на 5-10% уступает пшенице или кукурузе. Урожайность выше, затраты меньше, и в итоге возникает существенный выигрыш в экономике. Первые гибриды ржи были запущены в 1984 году. С точки зрения селекции растений, 30 лет – небольшой срок. У кукурузы все еще 50 лет отрыва. И мы все еще чувствуем себя как предприятие-стартап. У нас все еще множество блестящих идей и большие амбиции на рынке. Мы действительно очень убеждены, поскольку все аргументы говорят в пользу этой культуры.

– У вас есть конкуренты по гибридной ржи?

– У нас 70% рынка, а в Украине – 95%. Наш основной конкурент – известная немецкая компания, но есть также небольшая программа по гибридной ржи в Польше и есть также программы на базе институтов в Украине и России.

– Мне кажется, ваш стартап – это путь к гибридизации пшеницы.

– Совершенно верно. В этом нас поддерживает руководство компании. Давайте-ка поговорим детально о гибридной ржи, ведь это новинка для многих аграриев. Если в Киевском регионе мне нужно собрать 8 тонн зерна с гектара, тогда 10 сентября следует высеять 2 миллиона всхожих семян на гектар, осенью или весной внести гербициды, внести от 120 до 140 кг удобрений. Потребуется также применить регуляторы роста и один фунгицид от бурой ржавчины. Это все. После этого можете собирать свои 8 тонн.

– Это впечатляет.

– У ржи сильно развита корневая система, поэтому потребность во влаге меньше, чем у пшеницы, а снаружи у нас – довольно высокий стебель с небольшим количеством листьев. Листовая поверхность пшеницы намного гуще. У ржи меньше площадь листьев и меньше потери влаги, меньше площадь испарения.

– Но не дает ли рожь такого эффекта, как подсолнечник, из-за развитой корневой системы, когда между посевами нужно делать большие перерывы, ротации?

– Мы считаем, рожь можно сеять два года подряд, но затем обязательно проводить ротацию культур. Это для любой культуры нездоровая тенденция, отсутствие севооборота… Многие в Германии два года выращивают пшеницу по пшенице. Мы рекомендовали бы все же чередовать пшеницу-рожь.

– Для каких культур является хорошим предшественником рожь и какие культуры – хорошим предшественником для нее?

– Конечно, лучше всего посеять рожь после рапса или картофеля, или в принципе – после листовых культур. Можно после кукурузы. А после ржи можно выращивать любую культуру, кукурузу, сою, яровые культуры. Гибридная рожь KWS – гибриды Пикассо, Бразетто, Гонелло, Гуттино, Палаццо, Магнифико – доступна в Украине, а самые новые гибриды вооружены технологией Pollen Plus. Суть этой технологии заключается в том, что гибриды вырабатывают большое количество пыльцы. В итоге растение быстро опыляется, и возбудитель заболевания не успевает поразить его в самый уязвимый момент. Растения с технологией Pollen Plus приобретают свойства повышенной урожайности, стойкости к рожкам склероции и приобретают высокие кормовые качества для питания свиней и КРС. Гибрид Пикассо, которым гордится украинский дивизион KWS, стоек к полеганию, к основным листовым заболеваниям и на испытаниях в 2014 году показал весьма интересные результаты. В «Земле и воле» на Черниговщине собрали 56 ц, на Волыни – 59 ц, а в «Гаранте» на Хмельниччине, в Кролевецком комбикормовом на Сумщине, в НимАц на Черкащине – 80 ц/га. В хозяйствах «Агролан Крупець» (Ровенская обл.) и «Агроспасское» (Сумская обл.) – собрали 85 ц/га. Новинка 2014 года гибрид Гонелло – особенно стоек к корневым гнилям и септориозу. Гуттино демонстрирует стабильный перевес в урожайности над стандартом в 25%. В общем, есть из чего выбрать. Вообще важнее всего два аспекта в подходе к гибридной ржи: во-первых, можно использовать не самые лучшие земли, на которых хороший урожай сои или кукурузы сомнителен. И во-вторых, с весомым финансовым преимуществом можно использовать рожь в кормовых целях. Если бизнес на взлете, если освоены основные технологии и по урожайности достигнуты максимумы, самое время анализировать резервы, оптимизировать затраты и искать дополнительные ресурсы в малозатратных и высокоурожайных культурах.

– Но KWS известен в Украине не достижениями в гибридной ржи, – скорее, надежностью разработок в культурах.

– Да, мы сейчас много работаем по засухоустойчивости культур. Также ведем интенсивные разработки по устойчивости к заболеваниям, поскольку видим, что в Европе химическим компаниям все сложнее получить разрешение на применение новых препаратов. Общественность критически настроена к применению химпрепаратов, и даже не имеет значения, насколько профессионально они произведены. Общество в принципе не хочет применения химпрепаратов при производстве продовольствия. У нас есть опыт по рапсу, по применению неоникотиноидов. Это весьма эффективный инсектицид, но заметили несколько пострадавших пчел вокруг растения, после чего эти действующие вещества практически запретили, хотя доказательства безопасности неоникотиноидов были приведены… Это всего лишь один пример с инсектицидами, но то же самое может произойти и с фунгицидами. Значит, нам нужно продолжать селекционную работу по созданию гибридов, стойких к заболеваниям, фузариозу, септориозу, бурой ржавчине. Десять лет назад прошла большая дискуссия, – нужны ли нам устойчивые к заболеваниям гибриды, поскольку есть эффективные химпрепараты. Общественность показала, что такие качества гибридам нужны. В Украине сельское хозяйство достаточно активно лоббируется, в Польше тоже, а вот в Германии весьма умеренно, здесь вы не встретите фермеров среди депутатов, они не являются центром политического внимания… В этом году в Украине увидят несколько наших новинок, три зимних ячменя и один яровой. Новинки по пшенице появятся в следующем году.

– Какова идеология, концепция KWS в селекционной работе? Мне встречались компании с дорогими лабораториями, невероятным оборудованием, вооруженные супертехнологиями, но встречались и фирмы, которые достигали выдающихся результатов при скромных затратах, делая ставку на талант и одержимость селекционеров.

– Таланты нужны всем – без одаренных селекционеров ничего не произойдет, и мы ищем их по всему миру. Есть крайне мало университетов, которые дают практическое образование по селекции, чаще выпускники – биологи, но не селекционеры. Нередко мы принимаем на работу именно биологов, а потом даем их надлежащее образование. Нам нужны самые лучшие селекционеры, а их немного. В любом случае таланта и страсти недостаточно для успеха, это наше убеждение. Особенно, если речь идет о больших культурах, таких, как пшеница, кукуруза. Требуется современное оборудование, поскольку простого скрещивания, как сто лет назад, сегодня недостаточно. Нам нужен доступ к макротехнологиям, геномной селекции, молекулярным маркерам. Если этого нет, компания проигрывает конкурентам, у которых эти элементы есть. Если я, например, провожу селекцию по овсу, которым занимается два-три селекционера, еще можно справиться экстенсивными методами. За последние пять-семь лет произошел сдвиг по селекции кукурузы и пшеницы. Если раньше в таких странах, как Германия, Чехия, Франция, работали небольшие фирмы, то сейчас рынок принадлежит Monsanto, Pioneer, Syngenta, Limagrain. Мы в мире – четвертые, по всем сельхозкультурам, исключая овощи и цветы. Мы – самые маленькие из гигантов. Это сэндвич-позиция, которая одновременно создает шансы и создает определенные риски. Как действуют гиганты? Они много инвестируют, ими управляют акционеры, и если концерн не получает быстрой прибыли, он продает селекционные программы. Если посреди селекционной программы разделить ее, каких-то сотрудников уволить, можно потерять годы. И годы потребуются на то, чтобы все свести воедино. Мы видим наши преимущества в том, что у нас есть руководители и собственники, которые думают на поколение вперед.

– Все же – как убедить украинского агрария применять гибриды? Ведь все еще сильна идея экономить на дорогих семенах, множить репродукции…

– Убедить можно только одним способом: фермер должен попробовать современные семена на практике и понять, что есть прямой смысл покупать каждый год новые гибриды. К тому же мы выращиваем сертифицированные семена в Украине, чтобы снизить их стоимость, и производим их на одном из лучших семенных заводов компании АТК. Их можно увидеть на демопосевах, 3-5 демополей в каждом регионе, у нас есть сотрудники, готовые по новым гибридам провести консультации, презентации. Конечно, проводим и Дни поля. Есть и поощрительные программы у дистрибьюторов. В Польше еще в 2000-м году была традиция использовать свои собственные семена для дальнейших посевов. Но чтобы ситуация изменилась, нужно время. И эти изменения произошли. Наконец-то… А за последние пять лет мы провели много дискуссий на тему культивирования гибридной ржи в Украине. В Украине все-таки возобладают цивилизованные рыночные принципы. И они уже утверждаются. Для этого просто нужно время. И времени потребуется совсем немного. Недавно мы проводили опрос среди видных практиков, экспертов в Украине. Самым дефицитным звеном они определили нехватку качественного посевного материала! Не недостаток средств, не недостаток технологий, а именно качественных семян.

– Понятно, что в вашей жизни большое место занимает KWS, бизнес, коммерция, селекция, но что у вас есть за пределами этого круга? Какую музыку вы любите, какие виды спорта? Каких женщин, в конце концов?

– На последний вопрос ответить проще всего: я люблю свою жену, а вообще мне нравятся люди с позитивным взглядом и высокой любознательностью. У меня две дочери, сын и внук. Я фанат футбола, болею за Гамбург, и у меня даже есть карточка постоянного болельщика. Люблю плавание, два раза в неделю занимаюсь им уже много лет. Иногда люблю восхождения в горы, по-настоящему, с рюкзаком, на большие вершины. Люблю читать. Недавно прочел «Мастера и Маргариту» Булгакова, сейчас читаю «Сто лет одиночества» Маркеса.

– Эта книга впечатляет тем, что Маркес придумал не историю, а целый мир…

– Я также люблю биографическую литературу. Интересны личности, которые росли непросто, у которых в жизни были переломные моменты.

– Один мой знакомый агроном говорил, что есть особенные потребности у летчика – ему нужно небо, у моряка – ему необходимо море и у агронома – он не может без поля. А вот что нужно селекционеру?

– Селекционеру необходимо понимание, что он работает для пользы фермера. Не для себя – для фермера.

 

Текст и фото – Юрий Гончаренко