Доброго утра вам, дня и вечера, дорогой читатель!

Как вы, не знаю, а я рад нашей новой встрече, я ее ждал. Обнимаю.

Настроение у вас, я вижу, неплохое, – еще бы, столько дождей в мае природа нам давно не дарила. Правда, маловато тепла, но природа, вы же знаете, капризная дама. Если она чего‑то насыпает в избытке, чего‑то другого забывает выдать.

Тем не менее виды на урожай, как говорили в прежние, еще не декоммунизированные времена, хорошие. Тут вспоминается «Гусар» видного генетически африканского поэта Пушкина – «Ты, парень, может быть, не трус, да глуп. А мы видали виды».

То есть хочу я сказать, что дьявольский коктейль из майских дождей, экономии на удобрениях, семенах и средствах защиты, из неминуемых засух и неизбежных экономических и политических потрясений даст непредсказуемый результат по урожаю и особенно по ценам на него.

 

Простота и мишура экономики

И политическую, и экономическую ситуацию можно либо усложнять анализом, либо упрощать до азбучных истин. Давайте упростим. Что касается экономики, то, если чего‑то в избытке, оно не будет стоить дорого. Пока зерна и продовольствия в мире предостаточно. А денег у населения планеты – в обрез. Значит, дорогим оно не будет. Вы говорите, вот был же период – кукуруза стоила чуть не 300 долларов за тонну. Ну был. И нефть по двести. Есть спекуляции, есть реальный рынок. Они плохо коррелируются. Вот сейчас нефть вылезла к пятидесяти долларам за бочку. Это что значит, спрос вырос? Добывать стало труднее? Запасы в земле кончаются? Да чушь. Биржевой рынок испугался длительного тяжелого падения и симулировал отскок цены. А в Сингапуре – неслыханное скопление нефтяных танкеров, бурный рост спроса на плавучие нефтехранилища. Нефть эту некуда девать. На реальном рынке ее – хоть залейся. Она должна стоить 25 долларов и будет стоить, как только реальный рынок надавит на виртуальный. Зерно связано с нефтью чуть ли не напрямую, но, стоп, читатель, это мы уже усложняем, а наше дело – упрощать. Эйнштейн говорил, все нужно упрощать до предела, но не более того. В этом году олимпийских цен на зерно ждать не следует.

 

Политика та же экономика

Политика еще проще.

Идет слом старой системы. Но пока еще не рухнули стены и перекрытия, этот сарай трещит, но держится. Тем не менее ему не устоять. Сколько бы его не подпирали зрадныкы, коррупционеры, жопоблоки, эта хата завалится. Нет, я не фантаст, я знаю, что мы, украинцы, кума не посадим и свата не уволим, для этого в каждом ведомстве сидит по два американца, которые диктуют план действий и правила игры. Аргументы у них простые: мавпы, станьте людьми, а то ваши деньги, которые лежат в наших банках, перестанут быть вашими. Обидно, но так трансформировались все постсоциалистические государства. Приехал Лешек Бальцерович – за его реформами в Польше я когда‑то внимательно следил, так он говорит, не так все плохо в Украине, многое по реформам уже сделано. Многое, но не все. Потому и люди не чувствуют животворящей энергии перемен. Но Миклош, который тоже приехал, говорит о том же: многое сделано.

И мы на пути сноса властной конструкции, при которой страну разворовывали жлобьё, олигархи, чиновники, политики и их прихлебатели.

Два вопроса: сколько еще продержится система и как долго мы будем строить новое здание на месте снесенного. Два ответа: недолго. На второй вопрос ответ – долго. У старой системы есть позвоночник, прокуратура, сейчас его сильно повредят, и сарай осядет в один день. А вот какую страну строить и как – это еще не придумано, хотя, если почитать журнал «Зерно», там это сказано много раз и конкретно – либеральная экономика, децентрализация, страна, которая производит для мира продовольствие, интеллект, оружие, авиацию, космос и так далее, все уже сказано.

 

А діждемось — таки колись?

Есть нюанс. Основную работу по перестройке страны придется делать вам, читатель. Мне и вам. Надеяться на двух американцев, которые осядут в вашей сільраді, не нужно. Ваша территория – ваша компетенция, все придется самим. И вы не избежите того, что придется посадить кума и уволить свата.

– Ой Боже ж мой, сколько мы еще будем из нашего болота вылезать… Когда же мы из него вылезем… – в автобусе украинской делегации вздохнул сидящий передо мной Леонид Сергеевич. Я потянулся вперед и попытался перекричать шум шоссе:

– Вы вылезете из болота, когда у вас будет нормальное хозяйство, с нормальной техникой и современными технологиями, когда у вас будет загранпаспорт и шенгенская виза, когда вас пригласят в развитую европейскую страну и будут принимать как уважаемого гостя, когда у вас будут деньги, чтобы в европейской стране оплатить гостиницу, шницель с картофельным салатом и подарки детям.

Леонид Сергеевич поднял бровь и неуверенно протянул – «в этом смысле, конечно, дааа…»

Наши аграрии и не замечают, что уже давно вылезли из болота. Выводя на поля PÖttinger, Väderstad, Great Plains, John Deere и другие уважаемые агрегаты, применяя ультрасовременные технологии, покупая стеклопакеты для школы и садика, устанавливая кофе-машину Saeko в «канторі» – они уже европейцы и нередко намного круче, чем европейцы. Фермер, встреченный нами в Австрии, рассказал, что продает молоко по 26 евроцентов, почти, как в Украине, а тратит во много раз больше, чем в Украине, и зарабатывает в десятки раз меньше, чем в Украине. Работает 80 часов в неделю.

Да и вообще Австрия – страна оскорбительная для Украины. Население в пять с половиной раз меньше, а производят они ВВП на душу населения в 16 раз больше, чем Украина. Это нехорошо со стороны братской Австрии, вот так жестко тыкать носом нас в нашу лень и бездарность.

 

Будь героем всегда

Хотя они не тыкают нас носом. Они просто упорно работают, не задумываясь о том, что кто‑то с завистью наблюдает, как они работают. И все горюет, когда же мы вылезем из болота… Так вылезем, когда начнем работать.

Нужна национальная программа повышения производительности страны. Нам нужно восстановить заброшенные заводы и заполнить оборудованием и рабочими цеха, отданные в аренду ночным клубам, и построить сотни новых заводов и фабрик. Нам нужно построить тысячи гостиниц и санаториев, тысячи предприятий переработки и магазины, мотели, развлекательные центры и салоны красоты при них, нам нужны новые университеты, современные библиотеки, научные цент­ры и так далее, и так далее. Не морочьте голову этим – денег нет. Выволочь из страны, по разным подсчетам, от 140 до 200 миллиардов долларов за сколько‑то лет – деньги были? Есть два пути: перестать воровать и строить на эти деньги, и второй – привлечь инвестиции, которые с изумлением и радостью хлынут в страну, где перестали воровать.

Мы не вылезем – мы взлетим из болота как длинноносая прекрасная цапля с японской

гравюры, и небо обнимет наши широкие крылья и вдохнет в них подъемную силу, и полет этот будет вечен и чарующ, и отражен в глазах восхищенного мира, следящего за этой восходящей траекторией…

Только нужно отказаться от этой практики: стать героем в битве с руcким фашизмом, прийти на мирный фронт для строительства страны и тут же попасться на взятке в сто долларов.

Полет ширококрылой птицы не допускает резких виляний вправо-влево или крутых пике. Взялся лететь – лети. Стране нужны герои – будь героем всегда.

 

Все и ничто

Потому что деньги – это не всё.

Это вообще ничто.

62 миллиарда долларов – неплохие деньги, подумал я, выскребая из коробочки от печенья сбережения на детский лагерь ребенку. Такую сумму предложил Bayer за компанию Monsanto. Признаюсь, я недооценивал Bayer, не думал, что у него есть такие деньги. Или что у кого‑либо есть такие деньги. За них можно купить целую страну какую‑нибудь. Но Хью Грант, главный исполнительный директор и председатель Monsanto и герой обложки журнала «Зерно», сказал, что это смешная сумма, за такие деньги Monsanto не продается.

Переговоры продолжаются.

 

* * *

Жизнь продолжается.

Надежда на свободе.

Вера крепнет.

И сил у нас много, и любви к жизни, чтобы совершить этот рывок – взмахнуть могучими крылами и устремиться ввысь из болота.

Взлетаем, читатель.

В небо.

Высоко, высоко.

 

 

С уважением и любовью, ваш Главный редактор